Участники работы над фильмом

Может быть, не только в киномузыке, но и в самом искусстве кино авторство зачастую не имеет одного постоянного владельца: участники работы над фильмом (в том числе и не упомянутые здесь – оператор, художник, актеры и другие) уступают его временно друг другу или, точнее сказать, то передают друг другу как эстафету, то несут вместе (разумеется, при координирующей и направляющей роли режиссера).

И возможно, с какого-то момента их совместной работы появляется еще один автор, диктующий свою волю им всем. Это сам фильм (сошлюсь на авторитетное признание Феллини о том, что на определенном этапе он подчиняется фильму, а не фильм ему).

Впрочем, здесь слово за теоретиками кино. Мне же рассуждения о размытом и скользящем авторстве понадобились лишь затем, чтобы объяснить читателю, почему в этих заметках будет говориться о фильмах Данелия и Рязанова не меньше, чем о музыке Петрова. Разумеется, именно музыкальный пласт фильма заботит меня в первую очередь, но есть ли четкая граница между этим и другими пластами кинопроизведения? Можно ли точно указать, где кончается музыка Петрова и начинается кинодраматургия Г. Шпаликова, А. Володина или Э. Брагинского, режиссура Г. Данелия или Э. Рязанова, игра И. Смоктуновского или О. Басилашвили?

В очень многих случаях я таких границ не заметил, и это говорит либо о низком качестве моего восприятия, либо о высоком качестве киномузыки Петрова.

Увы, говоря о фильмах, мне придется волей-неволей покидать вполне достойную позицию профессионального музыковеда ради весьма сомнительной позиции дилетантствующего кинокритика. Остается утешать себя мыслью, что такое дилетантство отчасти сродни тому, в какое впадает кинорежиссер, вмешиваясь в работу композитора, и композитор, вмешиваясь в работу режиссера.