Самобытность и оригинальность искусства

Африканское кино не нуждается поэтому в патернализме, в благожелательно-снисходительном похлопывании по плечу, распространившемуся в последнее время при оценке его произведений. Смысл этого кино, условие его существования и развития – в его общественно-культурном значении. А для мирового зрителя особое значение приобретает еще и познавательная ценность африканских картин.

Все это вовсе не означает, что африканское кино отгорожено китайской стеной от опыта и достижений мирового киноискусства. Такое отгораживание не принесло бы ему пользы, ибо самобытность и оригинальность искусства вовсе не исключают ассимиляции передового художественного опыта, где бы он ни заимствовался. Независимость любой национальной культуры ни в коем случае не препятствует взаимозависимости культур, ибо каждая из них обогащает человечество в целом. Вопрос только в том, к каким моделям обращаться, чей опыт заимствовать, как его использовать. В лучших африканских фильмах легко заметить традиции и советского революционного кино, и итальянских неореалистов, и французской «новой волны», и «нового» кино бразильцев, и документальной достоверности кубинских художественных фильмов. Африканское кино обращается к разным традициям, но почти всегда к реалистическим к традициям социальной определенности, общественной значимости.

Таким образом, обращение к мировому кинематографическому опыту в африканском кино – процесс позитивный, который в конечном счете должен привести к рождению подлинного искусства, лишенного подражательства, выросшего из соединения собственного художественного опыта со специфическими общественными потребностями. Творческие способности африканских народов, выраженные с помощью камеры и пленки, безусловно смогут принести нечто новое и свежее в мир, ищущий пути к лучшему будущему.